Они могут не принять этого влияния.

Да.
В том смысле, что реальное влияние.
Сначала на умонастроения.
А затем в соответствии с этим умонастроением люди станут действовать.

"...
Воспитание правдой
АВТОР
Евгений Ямбург
заслуженный учитель России
Любой родитель желает своему ребенку счастья. Но каждый понимает это счастье по-своему, на основании своего жизненного опыта, сложившегося мировоззрения, принадлежности к той или иной конфессии. Уже здесь возникают острые противоречия, ибо мы все такие разные. Несмотря на культурные, национальные и социальные различия, все душой болеющие за отечество люди сходятся в том, что важнейшей задачей является воспитание патриота и гражданина. Однако пути достижения этой общей цели вызывают ожесточенную полемику.

1.Кто мы, и откуда?

Сегодня из всей сложной полифонии воспитания государство в лице своих официальных идеологов и политтехнологов выбирает лишь один регистр: патриотический, считая его доминантным при формировании мировоззрения вступающих в жизнь поколений. Оно преподносит патриотическое воспитание преимущественно как культивирование чувства гордости за победы и достижения отечества, что находит искреннюю поддержку и сочувственный отклик в сердцах наших сограждан. В таких условиях, очевидно, что вопрос, вынесенный в подзаголовок статьи, у многих вызовет эмоциональное раздражение и праведный гнев:

«Нечего, мол, с младых ногтей формировать у детей (будущих активных граждан) комплекс неполноценности. Мы, взрослые, в девяностые годы сполна вкусили этой «чернухи», досыта наелись всеми этими Солженицыными, Шаламовыми и иже с ними, представляющими всю нашу новейшую историю, как цепь нескончаемых ужасов и преступлений.

А что в итоге? Жизнь лучше не стала, наивные мечты идеалистов, предполагавших, что, как только, люди узнают всю правду о своем прошлом, они заживут честно и счастливо, не оправдались. Зато чувства стыда и униженности, наряду с прочими интеллигентскими комплексами, парализовали энергию совестливых людей, сделав их заведомо неконкурентноспособными в борьбе за место под солнцем в условиях нашего дикого капитализма. Явные преимущества оказались за теми, кто, не ведая сомнений, не проявляя склонности к излишней рефлексии, воспользовался новыми открывшимися возможностями в личных целях. Поэтому не стоит грузить наших детей мрачными страницами истории прошлого, которое все равно нельзя изменить. Тем более, это неуместно сегодня, когда «страна встает с колен», демонстрируя свою самодостаточность и возрастающее влияние в решении глобальных проблем геополитики. Необходимо воспитывать молодых людей так, чтобы они, максимально адаптировавшись к социуму, смело продвигались вперед, не ведая сомнений». Таковы аргументы сторонников исторического воспитания молодежи исключительно на положительных образцах нашего героического прошлого. Разумеется, отдельные темные пятна на наших белых ризах трудно не заметить, они нет-нет, да и проступают в литературных произведениях, телефильмах, интернет изданиях. Поэтому совсем врать не следует, и о негативных явлениях все-таки необходимо бегло упомянуть, но рассматривать их в воспитательных целях лучше в контексте великих побед, как неизбежные досадные промахи, сопутствующие нашему особому историческому пути. Короче говоря, « кто не ошибается – тот ничего не делает» — смягченный вариант другой печально знакомой присказки: «лес рубят – щепки летят». При относительной справедливости первого присловья, второе восходит к известному еще со времен Макиавелли политическому принципу, залогу успеха: цель оправдывает средства. Величие целей и благородство замыслов на всех без исключения этапах развития отечества нашего сомнению не подлежат.

К такой охранительной в отношении детей и юношества позиции большой части взрослых я отношусь с должным пониманием, избегая фальшивой позы благородного, не запятнавшего себя компромиссами обличителя. Кто из взрослых не желает своим детям счастья? А счастье это, которое в обыденном сознании ассоциируется с успехом, как писали раньше в поздравительных открытках, а теперь все чаще в эсэмэсках: «в личной и общественной жизни», достижимо не в иллюзорном мире, но в реальном государстве и в социуме, где действуют свои жесткие законы, с которыми приходится считаться. Так здесь было всегда — подсказывает впечатанная в подсознание генетическая память. Так будет всегда – говорит интуиция, систематически подкрепляемая ежедневными приметами окружающей жизни.

Исходя из похожих прагматических соображений, наши бабушки скрывали от своих детей дворянское или купеческой происхождение. Отцы – отсидки в лагерях, обходя молчанием темные, с точки зрения правящего режима, пятна в своей биографии, сознательно превращая их в черные дыры отечественной истории. Так при вынужденном всеобщем молчании рвалась связь времен, вне которой немыслимо полноценное воспитание детей и юношества.

Призывы немедленно приступить к восстановлению этой прерванной связи отдают сегодня ханжеством и фарисейством. Официальная пропаганда, не щадя живота своего, только этим и занимается, нанизывая на нить времен все новые доказательства и примеры нашей исторической исключительности и величия.

Но замечательный писатель Ю. Трифонов не зря заметил: история – провод многожильный. Бесконечная эксплуатация всего лишь одной золотоносной жилы воспитания: рассказов о героическом прошлом и ратных подвигах предков не приводит к желаемому результату. Желаемый результат – это оздоровление нравственной атмосферы в обществе. Бесчисленными примерами коррупции, мздоимства чиновников, начиная с самого высокого уровня, кончая мелкими сошками, демонстрирующими административный беспредел переполнены СМИ. В такой ситуации у взрослых и подростков возникает неизбежный когнитивный диссонанс, который в гротескной форме выразил персонаж фильма «День выборов – 2»: «Страна у нас великая, народ замечательный, а люди – овно!». Отчего так горько и смешно? И хотя мать родина строго грозит в окно, ужесточая репрессивные меры по отношению к взяточникам, ситуация кардинально не меняется. Оставим в стороне политическую, правовую и экономическую оценки вопроса. На данный счет существуют многочисленные высказывания специалистов, к коим я себя не отношу. Меня, как педагога, интересует нравственный аспект проблемы.

Понять истоки парадокса, так точно высказанного персонажем комедии, не представляется возможным без глубокого погружения в историю, а точнее в ту ее жилу, разрабатывая которую, мы будем способны рассмотреть на глубине застарелую, до сих пор не удаленную раковую опухоль, с разветвленными метастазами которой, разъедающими общественный организм, имеем дело сегодня. Поможет нам в этом литература нон-фикшн, дающая представление не о деяниях политических деятелей и полководцев, а о мыслях, чаяниях и чувствах обычных людей в их повседневной жизни. Не случайно история повседневности сегодня привлекает все большее внимание исследователей, которые глубоко анализируют письма, дневники, мемуары ничем не примечательных рядовых граждан, получая при этом совокупный социально-психологический и нравственный портрет эпохи, не искаженный последующим идеологическим редактированием. При таком подходе отчетливо видно, почему при оценке поведения людей, оказавшихся в экстремальных обстоятельствах, не срабатывают ни политические, ни этические клише.

Когда следователь на допросе предупреждает, что в случае отказа подписать протокол допроса, содержащий оговор сослуживцев, якобы готовивших покушение на вождя, твоя семнадцатилетняя дочь будет посажена в камеру к сифилитикам, тут подпишешь любую подлую бумагу.

Но обратимся к событиям нашей реальной истории, такой, как она запомнилась детям (!), пережившим все ее крутые виражи. Т.В. Трифонова – сестра Ю. Трифонова: будущего замечательного писателя. После ареста родителей, дети оказались с бабушкой в коммунальной квартире. Им еще повезло, поскольку детей врагов, народа, как правило, сдавали в детские дома. Еще не факт, что брат с сестрой могли оказаться в одном детском доме. В коммуналке дети соседствуют с психически больной женщиной.

«Надежда Алексеевна и ее муж были старыми членами партии. Муж работал начальником отдела в наркомате путей сообщения. Они были дружной парой. Дочь училась в школе.

Надежда Алексеевна сама написала донос на мужа, и его расстреляли в тридцатые годы. Она не была арестована, но попала в больницу.

Общим знакомым она объяснила свой поступок тем, что, когда начались всеобщие аресты, она хотела таким образом сохранить своему ребенку хотя бы мать.

Бывало, что Надежда Алексеевна целыми днями не выходила из своей комнаты. Первое время бабушка беспокоилась, просила меня постучать, зайти к ней. В такие дни она лежала на диване в своей чисто прибранной комнате и ничего не говорила. Только на вопросы – вызвать врача, позвонить дочери – отрицательно качала головой. Мне казалось, что она не видит меня. Она была далеко».

Кто возьмет на себя смелость заклеймить позором эту женщину? Страх за себя еще можно преодолеть, но когда опасность угрожает близким, тем более детям…

К. Маркс справедливо заметил, что история повторяется дважды: первый раз в виде трагедии, второй в форме фарса.

Какое отношение эта шекспировская по масштабам трагедия прошлого века имеет к веку нынешнему? Самое прямое.

Обратимся к нашим дням. Всего две истории.

История первая. Маленький городок близ Красноярска. По всем внешним меркам благополучная семья: отец, мать, единственный ребенок – девушка старшеклассница учится в престижной в гимназии. Неожиданно для жителей городка, где все друг друга знают, родители девушки пишут в органы опеки заявление об отказе от родительских прав. Слухи, сплетни, пересуды переполняют поселок, но ничуть не смущают родителей. Ведь оформив сиротство родной дочери, они добиваются поставленной цели. Воспользовавшись положенными сиротам льготами, девушка поступает в престижный Московский вуз.

История вторая. По-настоящему хорошая Московская школа, известная не только своими академическими достижениями, но, прежде всего, особым укладом жизни, традициями, атмосферой добра и взаимопомощь. Школа, где старшеклассники не отмахиваются от малявок из начальных классов, и тем более не осуществляют психологического и физического насилия над ними, которое по всей нашей вертикали – от детского сада до армии – именуется дедовщиной, а считают своим долгом, во всем помогать малышам, играть с ними. Но именно эта уникальная атмосфера оказалась уязвима в нашем искривленном социуме.

На большой перемене второклассник попросил одиннадцатиклассника покрутить его на руках. Кто из нас, взрослых, не доставлял этого удовольствиям сначала своим детям, а затем внукам, вращая их, визжащих от наслаждения, на вытянутых руках? На следующий день в милицию поступило заявление мамы второклассника о непоправимом уроне здоровью, нанесенном ее ребенку старшеклассником в школе. Все, как положено: справка из травмопункта (фиксировала синяки на руках в тех местах, где малыша держали за запястья), требование о материальной компенсации будущего длительного лечения и т.д. Словом, все по закону, в соответствии с которым началось расследование. Дознаватель бесконечно выдергивает старшеклассника в полицию, накапливая свидетельства очевидцев «преступления». Администрация школы объявляет строгий выговор и снимает стимулирующую надбавку к зарплате с учителя, дежурившего на перемене, за то, что он вовремя не пресек опасное кручение ребенка. Папка дознавателя пухнет, но в результате, к облегчению администрации школы и родителей выпускника, приходит отказ в возбуждении уголовного дела. Завершение истории показательно.

В итоге мать второклассника, затеявшая весь этот сыр-бор, откровенно призналась директору: «Я одна без мужа воспитываю двоих детей. Мне нужно было оформить на мальчика инвалидность, что бы на будущее освободить его от армии. Эта история помогла мне добиться поставленной цели. К школе я претензий не имею».

Еще бы ей иметь претензии. При этом она легко списывает со счетов угнетенное состояние старшеклассника, вынужденного накануне ЕГЭ проводить драгоценное время в полиции. Кроме того, парень хотел поступать в такой ВУЗ, где малейшее пятно в анкете (например, отказ в возбуждении уголовного дела) перекрывает туда дорогу, какие бы высокие баллы ЕГЭ он ни набрал. Я уже не говорю о такой «мелочи», как моральные и материальные потери дежурного учителя. Все это – не в счет.

У этой мамы доминирует житейская логика: «Своя рубашка ближе к телу»; «Как ни порадеть родному человечку?», тем более ребенку. Та же логика просматривается и в первой истории, где родители «сироты» не испытывают ни малейших угрызений совести от того, что их ребенок, по сути дела, занял чужое место в вузе, перекрыв с помощью льгот, полученных обманным путем, дорогу туда более достойному ребенку.

«Но кто мы, и откуда, когда от всех тех лет остались пересуды, а нас на свете нет». (Б. Пастернак) Нас действительно вот уже четверть век нет в том качестве, что именовалась: «новая историческая общность людей – советский народ», а пересуды продолжаются. В их основе вполне понятная ностальгия об утраченном рае. Мирное небо, сильное государство, ясные перспективы. Если не через четыре года, то лет через двадцать – тридцать здесь будет город-сад.

Требуется большое интеллектуальное мужество, чтобы разобравшись со своим прошлым, понять, что ржа, разъедающая нравственный фундамент общества, имеет глубокие исторические корни. Государство, которое во имя достижений великих целей, не считалось с любыми жертвами, впечатало в сознание граждан адекватную реакцию, что в наиболее обнаженном виде отразилась в лагерном фольклоре: «Умри ты раньше, а я позже». Но в те годы роковые вопрос стоял о жизни и смерти людей, а сегодня мы видим то, что А.И. Солженицын называл «колотьбой за горстку благ». Что, собственно говоря, наглядно демонстрируют новейшие сюжеты, приведенные выше. Не вырезав главную опухоль, мы никогда не справимся с бесчисленными метастазами. Честный непредвзятый взгляд на прошлое необходим не для того, чтобы сыпать соль на раны, а для самоизлечения, которое не может сводиться к подавлению отдельных симптомов глубоко укорененной в общественном сознании болезни. Блистательную литературную диагностику причин и последствий этого нравственного заболевания провел еще в семидесятые годы прошлого века Ю. Трифонов в своих повестях «Обмен», «Дом на набережной» и др.

Но вслед за точной диагностикой должна следовать программа лечения. Ее в поэтической форме, уже на основе опыта новой России, дал в одном из своих последних, предсмертных стихотворений В.Н. Корнилов.

Считали: все дело в строе,
И переменили строй,
И стали беднее втрое
И злее, само собой.
Считали: все дело в цели,
И хоть изменили цель,
Она, как была доселе, –
За тридевятью земель.
Считали: все дело в средствах,
Когда же дошли до средств,
Прибавилось повсеместно
Мошенничества и зверств.
Меняли шило на мыло
И собственность на права,
А необходимо было
Себя поменять сперва.

Поменять себя – труднее всего. И мать второклассника, если и не сломавшая, то точно надломившая судьбу выпускника, опрокинувшая его мечту о поступлении в престижный вуз, не чувствует себя моральным уродом. Ее отношение к государству двойственно. Будучи патриотом, она, как говорили при Брежневе, целиком и полностью поддерживает его политическую линию и практическую деятельность. Но весь предшествующий опыт поколений диктует иную схему партнерских отношений с властью: государство пользовалось мной всю жизнь, мало давая взамен, теперь настал момент, когда я должна выжать из него все возможное, даже если для этого понадобится пойти на небольшой подлог.

И в том, и в другом случае человек абсолютно искренен в своих оценках. Столь же нелицемерна она в своем бурном возмущении творящимися вокруг безобразиями, связанными со злоупотреблениями и несправедливостью, когда они касаются лично ее и близких людей. Как все это совмещается в одной голове? Запросто. Здесь психологическая разгадка парадокса, высказанного персонажем комедии: государство великое, народ прекрасный, а люди – продукт биологической переработки. Чьей? По всему выходит — отравленного государственного организма.

Столь же парадоксально, но факт, что она и тысячи других таких же родителей искренне хотят видеть своих детей культурными и порядочными людьми. При этом, цепко схватывая нестроения окружающей жизни, они мало верят (или совсем не верят) в возможность правильного воспитания в искаженном социуме. Что на практике означает: с тяжелым вздохом вынужденно принять правила игры, освободить себя от ответственности, готовить ребенка к жизни по издевательской формуле Салтыкова — Щедрина: «применительно к подлости». Так во весь рост поднимается главный педагогический вопрос переживаемого момента, в одинаковой степени волнующий как родителей, так и педагогов.


2. Можно ли в безнравственном обществе воспитать нравственного человека?

На первых взгляд вопрос представляется отвлеченным и даже праздным, ибо на всем протяжении человеческой истории никогда не было, нет, и не будет абсолютно идеальных обществ. Но в отечестве нашем, с его периодическими срывами в бездну духовного одичания, он теряет отвлеченный умозрительный характер. Неизбежно становится главным в воспитательной повестке дня.

Чем сильнее воздействие внешних сил, ведущих тотальное разрушение шкалы нравственных ценностей (ценностей незыблемая шкала – О. Мандельштам), тем острей потребность в выковывании незримого противовеса (метафора Г. Померанца), позволяющего сохранять человеческое достоинство даже в трагических обстоятельствах его жизни. В чем в чем, а в накоплении такого «передового» педагогического опыта мы впереди планеты всей.

Источником и подтверждением его накопления служит все та же литература нон – фикшн, опирающаяся на дневники, реальные факты, события и свидетельства очевидцев. Такая литература неоспоримо свидетельствует о том, что достойные родители стремились передавать своим детям неприкосновенный запас культуры, даже тогда, когда над их головой был занесен карающий меч.

Кроме того, данные свидетельства чрезвычайно полезны современным родителям. Для сравнения своих, откровенно говоря, лукавых опасений по поводу воспитания нравственного ребенка в безнравственном обществе в наше относительно вегетарианское время, где риски ничтожны и сводятся к преодолению мелких житейских неурядиц, с той трагической эпохой, когда родители, поминутно рискуя жизнью, в полузадушенном состоянии передавали своим детям подлинные смыслы и ценности культуры. Но обратимся к фактам.

Передо мной книга Ольги Громовой «Сахарный ребенок», написанной на основе рассказов девочки из прошлого века, Стеллы Нудольской. Стелла с мамой после ареста папы оказалась в лагере для членов семей врагов народа, куда заключили их жен с детьми. Первое время они живут в яме, поскольку выгруженным из вагонов в голое поле женщинам еще только предстоит построить бараки для себя и своих детей.

Пока мамы в рабочей зоне, дети предоставлены сами себе. Шестилетняя Стелла тянется сквозь колючую проволоку за цветком и получает от подонка охранника удары плеткой по голове и всему телу. Привожу тихий разговор вернувшейся с работы мамы и ее очнувшейся после обморока дочери.

Проснулась я поздно вечером, проспав и обед, и ужин. Есть не хотелось, болели вздувшиеся рубцы на спине и ногах, и было все противно. Утешало только, что рядом лежала мама.

— Нас продали в рабство, что ли? – спросила я. – Мы теперь рабы?

— Ну что ты, моя хорошая. Рабство – это состояние души. Свободного человека сделать рабом нельзя. Давай я тебе историю расскажу. И она начала читать наизусть:

Князь Курбский от царского гнева бежал.
С ним Васька Шибанов стремянный.
Князь тучен был, конь под ним взмыленный пал,
И, рабскую верность Шибанов храня,
Свого отдает воеводе коня.

И дальше, уже прозой рассказывает об Иване Грозном, об опричниках, о ссоре Курбского с царем, о побеге Курбского и его обличительном письме к царю, которое не побоялся отвезти Шибанов. И что Грозный велел пытать Василия, и что заплечных дел мастера неизменно докладывали царю:

Но слово его все едино –
Он славит своего господина.

— Как ты думаешь, Шибанов – раб?
— Н-н-нет. Наверное, нет. Конечно, нет.
— Ты правильно почувствовала. У него душа свободного человека, хотя телом он раб.
Это было большое облегчение – в книжках это называют «камень с души свалился».

Задумаемся о том, что навечно запечатлела эмоциональная память шестилетнего человека. Мама шепотом, чтобы не услышала охрана, читает ей балладу А.К. Толстого «Василий Шибанов». Что называется, нашла место и время, расширять культурный запас ребенка. Да, большинство женщин на ее месте просто выли от страха, тоски и бессилия. Но даже в этих невероятных по трагизму обстоятельствах эта мудрая мать продолжает выполнять свою трудную материнскую работу, укрепляя духовный стержень личности растущего человечка. Меньше всего это можно назвать отвлечением – утешением. И здесь мы подходим к коренному вопросу: зачем и для чего в конечном итоге человеку нужна культура? На этот вопрос в свое (по сути, то же самое) время исчерпывающий ответ дал будущий знаток детских душ, на чьих стихах воспитаны поколения малышей, К.И. Чуковский. Культура нужна для того, чтобы было чем дышать, когда тебя повалили на спину, положили на лицо подушку, усевшись на нее огромным задом. Корнею Ивановичу представилась возможность апробировать этот тезис на практике. После ареста, в камере предварительного заключения он заливался от хохота, читая книжку Марка Твена.

После сказанного проясняется сокровенный смысл чтения баллады избитому и униженному ребенку в яме. Из крутого замеса культуры мама лепит нравственный характер дочери, исподволь формирует ее базовое отношение к жизни. Поразительно, но отношение это позитивное! Исключающее культивирование в себе жертвенного комплекса и, что особенно ценно сегодня, рабскую привязанность к своим мучителям (стокгольмский синдром, всенародная любовь к генералиссимусу и т.д.).

Язык не поворачивается облекать эту вырастающую на глазах стройную воспитательную систему в наши стертые педагогические клише, но видно без этого не обойтись. Ближайшие тактические цели воспитания переплетаются в ней со стратегическими задачами, которые мудрый А. С.Макаренко называл перспективными линиями воспитания.

Тактическая задача – сделать так, чтобы ребенок не плакал, поскольку это – едва ли не главное условие выживание в ближайшие месяцы. В противном случае, заслышав детский плач, охранники впадают в садистический раж и с еще большим наслаждением осуществляют свою прикладную педагогику, не считаясь ни с полом, ни с возрастом ребенка. Закрыть рот ребенку можно по— разному, в том числе и при помощи кляпа. Тем самым, уподобляясь палачам вертухаям. (Сегодня, в наше вегетарианское время, появился новый инструмент затыкания рта ребенку: гаджет. Чтобы избежать раздражающего детского плача , родители ставят перед малышами планшет, а потом удивляются его тотальной неизлечимой компьютерной зависимости.)

Однако вернемся в ту трагическую эпоху, напряжем слух, чтобы уловить шепот под клеенкой. Уже пошли осенние дожди, и чудом сохраненная из прошлой жизни клеенка служит крышей в земляной норе, где продолжается интенсивная воспитательная работа.

— Да, у тебя очень сложная, совсем взрослая проблема. Знаешь, у каждого человека свои проблемы, и чем больше человек знает, тем легче ему в них разобраться. А у тебя сейчас такое состояние, про которое говорят «глаза бы мои ни на что не смотрели». «белый свет не мил», верно? Это бывает, когда человек потерял надежду найти выход. Вот у Сергея Есенина есть стихи – «Не жалею, не зову, не плачу. Все пройдет, как с белых яблонь дым…». Красиво, правда? А ведь это про то, что жизнь течет и все проходит.

Помнишь, я рассказывала про декабристов? Однажды Пушкин послал своим друзьям письмо в сибирскую каторгу. Я его тебе прочитаю, может быть, оно тебе пригодится. Отвернись и только слушай, нужные слова лягут на сердце. И мама прочла «Во глубине сибирских руд…». И как-то особенно звучали строки «… гордое терпенье», «…дум высокое стремленье», «надежда в мрачном подземелье», «… и свобода вас примет радостно у входа». Даже дышать стало легче.

А мама продолжала:

— Знаешь, когда у человека беда, то всегда кажется, что именно ему больнее и хуже всех на свете. Но за тысячи лет, что человек живет на земле, прошло много, много миллионов жизней. И такая же беда уже случалась с кем-то другим. Оттого, что ты это знаешь, твоя личная боль не становится меньше, но эти знания помогают не потерять надежду.

У кого просят помощи люди, когда им кажется, что на земле им никто не поможет?

— У Бога, да?

— А какую молитву знают все, какими словами прося Бога о помощи? Ты ведь тоже знаешь эти слова.

— Отче наш?

— Да, «Отче наш» говорим все мы, когда хотим обратиться к Богу. А ведь это маленький кусочек из книги, которая называется Библия. Это главная книга христиан. А в других религиях есть свои главные книги, и там написаны их главные слова, с которыми они обращаются к Богу. И даже если человек не ходит в церковь и не очень верит в то, что Бог живет на небе или сидит на облаке, эти слова помогают и ему. – Мама остановилась и прижала меня к себе. – Прислонись ко мне. Давай вместе прочитаем «Отче наш», только очень тихо. Ты не вслушивайся, как звучат наши голоса. Прикрой глаза и слушай музыку и ритм. И, может быть, ты услышишь главные для тебя слова.

Уткнувшись затылком в мамин живот, чувствуя ее теплые руки на своих плечах, я негромко и четко произносила вместе с мамой известные всем слова. И остро почувствовала, что для меня самое важное – «хлеб наш насущный даждь нам днесь» и »…избави нас от лукавого». Сияющая, я повернулась к маме.

— Необязательно говорить мне, чт?о ты услышала, — сказала мама. – Это твое. Царство Божие внутри нас. Учись слышать Бога в словах и поступках людей..."

Коллективный эгрегор пагубных желаний и страстей(астрал, кама-лока), причина - животная связь души с Самаэлем и Кама.
Астрал посредством Кама (желания) постоянно увлекает Манас вниз, в сферу материальных страстей и желаний. Но если лучший человек или Манас, пытается избежать этого рокового пагубного притяжения и обратить свои устремления к Атма , тогда Будххи побеждает и возносит Манас с собой в область вечного Духа.
Эта борьба против всего греховного человечества или той его сатанинской части, которую защищал Самаэль, внушая страх смерти и отравляя ненавистью человеческие души .

Не тема для обсуждения с непоследователями Учения... Да и не на Сатурне он... Планировалось так, а решилось ещё радикальнее...

Конечно, так и есть

Киратаджанья Бхарави (XI, 32)
Врагам, что в нас гнездятся до сих пор --
Страстям порочным -- нужно дать отпор,
Тот, кто избавится от их оков,
Тот станет равным покорителю миров.

Св. Павел ("К Римлянам", VII, 18-19)
"Желание добра есть во мне, но чтобы сделать оное, того не нахожу. Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю".

Почему не тема?
С моей точки зрения, интересен был бы вопрос - а какое влияние этот факт может оказывать на каждого из нас?

Известно, что очень и очень многие из нас пытаются...избежать этого рокового пагубного притяжения. Но сила этих попыток у всех разная. Тогда вопрос: всех ли непременно ожидает долгожданная победа?

Интересен Ваш комментарий на слова апостола Павла.

C моей точки зрения интересен вопрос о том, какое должен, т.е. чтобы из возможных вариантов был выбран именно полезный...

Братья! Об Иисусе Христе вы должны помышлять, как о Боге и судье живых и мертвых (Ин. 5, 22, 27; Деян. 10, 42; 17, 31; 2 Тим 4, 1), так как и о своем спасении мы не должны думать мало[1]; ибо если мы мало думаем о Нем [2], то и получить надеемся мало. И если мы слушаем об этом, как о чем-то малом, то мы грешим, не зная, откуда мы, кем и в какое достоинство призваны, и сколько Иисус Христос благоволил претерпеть за нас. Какое же дадим Ему вознаграждение или какой принесем плод достойный того, что Он даровал нам? Сколько священнейших преимуществ, которыми мы обязаны Ему? Он даровал нам свет; Он приветствовал нас как Отец детей; Он спас нас погибающих. Какую похвалу воздадим Ему или чем заплатим за то, что oт Него получили мы, — мы, которые в слепоте ума кланялись камням и деревам, золоту, серебру и меди, изделиям человеческим, — мы, коих вся жизнь была не что иное, как смерть? Окруженные тьмою и имея такое помраченное зрение, мы по воле Его прозрели и отогнали облегавший нас туман. Ибо Он сжалился над нами, и по Своему милосердию спас нас, видя, что мы находимся в заблуждении и погибели, и что для нас не осталось никакой надежды ко спасению, кроме как от Него. Он призвал нас не сущих и воззвал от небытия к бытию.
Климент Римский, Второе послание к Коринфянам.

Ориген II – III вв. учил, что в конце времён все отпавшие от Бога существа, включая сатану, обратятся и будут спасены…

Так все же...Ваш комментарий?

И...какое должен?